Главный девиз нашей сегодняшней героини «Успешная мама — успешные дети». Программист, путешественник, бизнес-леди, основатель детского клуба «Кузнечик», любящая жена и мама пятерых мальчиков Лада Евсеева рассказала News.Ykt.Ru, как превратить мечту в прибыльное дело, совмещать бизнес с воспитанием детей и быть успешной женщиной, любимой женой и счастливой мамой.
Лада Евсеева:
— Я мама пятерых мальчишек. Старшему уже 20, младшему — 5 лет. С мужем познакомились в 1995 году, а поженились только 10 лет назад. Как у Высоцкого в песне: «Но мы с тобою сразу стали жить, не опасаясь пагубных последствий». Познакомились на работе, через два месяца съехались, пошли дети, и только после рождения третьего ребенка мы решили узаконить свои отношения. Потому что с нашим государством лучше находиться в законных отношениях, чем каждый раз усыновлять собственного сына.
Муж — геофизик, я — программист. В 1998 году пришла на городскую телефонную станцию, где проработала 17 лет, пока не попала под сокращение. Многие считают, что с таким количеством детей я образования хорошего не получила и толком не работала — все время сидела в декрете. Отнюдь — я с отличием окончила факультет математики и информатики Ленинградского государственного университета.
В то время в приоритете была самореализация. Это подразумевало профессиональные успехи: считалось, что хорошая работница-труженица по минимуму уходит в отпуска, а мама, как в фильме «20 лет спустя» — это просто киношная романтика. Родив, буквально через пару месяцев выходила на работу: с первым ребёнком сидела бабушка, со вторым — муж, третьему очень рано наняли няню. Я бегала с работы домой кормить грудью, ведь в то время оплачиваемый декретный отпуск длился, кажется, 110 дней. Когда родился четвёртый сын, реально не стало детских садов, мне дали возможность работать из дома — вот тогда у меня был почти полноценный декретный отпуск. Под это дело родился пятый.
У нас столько мальчиков абсолютно не в погоне за дочкой. Это моё состояние кайфа — период беременности, кормление грудью, прогулки с маленьким ребёнком, когда все просто и понятно. Когда у тебя висит на груди какая-то маленькая обезьянка, жить легче. Чем дальше, тем меньше думали о дочке — с мальчиками проще.
В первое время мы жили в довольно тяжёлых условиях. Приходилось придумывать детям игрушки из фасоли, муки и других подручных средств. Когда мой третий ребёнок сидел, рыдая, с няней, я придумывала новые компьютерные программы. С карьерным ростом появилась хорошая зарплата, я начала покупать дорогостоящие развивающие игрушки в надежде, что мой ребёнок начнёт умнеть на глазах. Однако, по сути ничего не изменилось — с ним все равно нужно сидеть и играть, какой тогда смысл? С ним точно так же можно играть в сортеры, лепить из пластилина, рисовать карандашами. А с четвёртым и пятым ребенком мне нужно было ответить на какой-то запрос и чтобы в доме было тихо, но не благодаря гаджетам и мультикам. Когда надо их занять, даю папин ящик с железками, гуашь и картонные коробки — и они что-то мастерят, красят, привинчивают, такой творческий процесс. В нашей семье считают, что любую вещь можно сделать своими руками, а не купить.
Старший сын Олег учится в Краснодаре на политолога. Мне кажется, ему очень подходит эта профессия: он любит качать права, очень рано прочитал конвенцию о правах ребёнка и в школе, когда учителя были неправы, никогда не грубил, а интеллигентно трактовал различные пункты статей.
Второй сын Антон окончил школу волонтёров, учится на инженера в ДВФУ. У меня был такой личный эксперимент: можно ли обойтись без школьной системы? Антон два года был на семейном (домашнем) обучении. Первые полгода он катился в пропасть: попал в обстановку свободы, когда над ним никто не висит, не давит, не проверяет уроки. Когда пришла пора сдавать, он понял, что ничего не знает, осознал, что все зависит от него самого, что нужен итог, результат, и взялся за учёбу. В девятом сдал алгебру на «5», все остальные предметы сдал хорошо, перешёл в другую школу, стал активистом и очень помогал мне.
У меня был проект «Живое чтение» — мы ходили по больницам и читали книги людям, которые лежат после операции. Я такая наивная была: думала, что человек не может жить без книги. Жизнь заставила снять розовые очки. Оказалось, люди в больнице прекрасно могут обойтись без чтения, все плевать на это хотели: «Уйдите, оставьте меня в покое, вы что, секта какая-то?».
Гриша сейчас тоже на семейном обучении. У него тоже такой же этап, как у Антона. О том, что его класса больше нет, расформировали, мы узнали 26 августа. Попытки перейти в другой, где учились друзья, ничего не дали, и Гриша встал в позу. Мы решили, что этот год попробуем учиться дома.
Денису сейчас 8 лет, младшему, Вове — 5.
У меня нет педагогического образования, но когда засела дома с детьми, потому что садиков не было, занималась усиленно, чтобы не отставали от других, были адаптированы. Когда ребята ходят в садик, в школу, то все как у всех, а когда ты понимаешь, какая на тебе лежит ответственность — это уже совсем другое дело.
Мы стараемся путешествовать всей семьей по республике, России, миру.
Когда не смогла устроить в садик Дениса и Вову, начала думать об открытии собственного детского сада. Начала заниматься, изучать вопрос, прикидывать финансы и видимо, начала не с того конца. Садик, стыдливо именуемый «группа присмотра», я делать не хочу – мне неинтересно заниматься кроватками, кашками, программами. За последние годы я привыкла к бедламу, творческому беспорядку, научилась делать нечто из ничего. Как буриданов осел, выбирала между красивым, гламурным развивающим центром и мастерской юных художников — и поняла, что мне ближе второе.
В марте 2015 года меня сократили, мы поехали во Владивосток к старшему сыну и попали в игровую комнату. Я в первый раз увидела место, где был не просто стандартный набор: крутые студии — английский, шахматы и все такое, а также сухой бассейн и игровые автоматы. Это просто клуб, где оставляешь ребенка, а он играет в настольные игры. Я подумала: «Этот формат мне нравится».
Приехала домой и начала придумывать концепцию садика. Я себе так и представляла, что у меня будут творческие уголки, художественный, кулинарный кружок, лепка, мальчиковый уголок с железяками. Написала бизнес-план, обратилась на биржу труда и мне сказали, на проект по открытию собственного дела можно получить 83 тысячи рублей.
В июле защитила грант, и все завертелось: срочно начала искать помещение, персонал, закупать все необходимое. В конце августа мы открылись.
В сентябре продали первый абонемент и были так счастливы, что в нас кто-то поверил. Постепенно, один за другим, люди начали приходить к нам.
В 2013-м завела блог «Я мама мальчиков», и за статьи в этом блоге получила две номинации: «Мама-позитив» и «Мудрый родитель». Это способствовало открытию клуба. Когда я увидела, что мои идеи, которые раньше обсуждались только на уровне семьи, одобряют, принимают на ура, а каждый пост набирает по сто комментариев, что в блогосфере считается хорошим показателем, то подумала, что это может быть интересно кому-то ещё. Люди считали, что для Якутска это очень непривычный формат. Даже мой муж говорил: «Если бы ты за десять тысяч рублей научила ребёнка за месяц свободно владеть английским — это одно, это результат. Просто творческое развитие никому не нужно, там нет результата, но если это тебе действительно интересно — занимайся».
Хорошо начинать бизнес в городе, где ты жил — накопленный социальный капитал начинает работать на тебя. Тебя знают по каким-то другим проектам и помогут, поддержат — в этом плане мне было легче.
Игрушки в клубе преимущественно самодельные. У нас свободное творчество: есть инструкторы, которые проводят, к примеру, craft in English — разговаривая на английском, делают, к примеру, варежку. При этом мы не говорим: тут нужно покрасить в зелёный, а тут привязать ленточку. Ребёнку даётся определённый набор инструментов, все остальное — его фантазия. Он занимается не в компании сверстников — у нас дети с 6 до 12, они обмениваются идеями.
Муж поддерживает, видя, как горят мои глаза, а так говорит: «Лучше бы программистом устроилась: в доходах было бы не минус 80, а хотя бы плюс 20».
Я не считаю, что у нас много детей — никто не лишний. Сейчас кажется, что это несложно — воспитывать их.
Правда, каждый раз, когда я говорю, что беременна, у моего мужа волосы встают дыбом. У него теория, что одна семья может себе позволить только одного ребёнка. Он сам вырос единственным ребёнком в семье.
Все, что умеют мои дети: ставить палатку, разводить костёр, собрать удочку, починить что-нибудь — это все папа. Я сколько раз уезжала в командировки, а он оставался один с детьми и справлялся на отлично: занимался с ними, варил каши, рассказывал сказки.
Обожаю читать детям. Младшим 8 и 5 лет, приходится им разные книги читать: папа со старшим в одной комнате, я с младшим — в другой. Ещё обожаю с ними путешествовать. Наш папа не очень любит гламурные места, ему больше по душе сплавляться с мальчиками реке. А собрать чемоданы, махнуть в Черногорию или Таиланд и всей толпой лазить по новым местам, пробовать местную кухню — это моё.
Что главное в воспитании успешных людей? Нужно давать детям возможность совершать ошибки. И показывать примером, что любая мечта сбудется, если не сдаваться и идти дальше.
Источник: News.Ykt.Ru
